Почему социализм Альберт Эйншейн

Эссе выдающегося физика Альберта Эйнштейна о вопросах  социализма написанное в 1949 году

В мае 1949 года создатель теории относительности описал свои взгляды на вопрос социализма в статье «Почему социализм?» (Why socialism). Эта идея посетила Эйнштейна после разговора с известным американским политэкономиста-марксиста Пола Суизи. Впоследствии эссе Альберта Эйнштейна «Почему социализм?» было помешено в первый номер журнала Monthly Review (Месячное обозрение).

На сегодняшний день Monthly Review является старейшим в США журналом социалистической тематики. Важно заметить, что в тот момент в США еще не началась антикоммунистическая истерия, получившая впоследствии название «маккартизм», по имени сенатора Джозефа Рэймонда Маккарти во многом начавшего репрессивные движения против американских коммунистов в 1950 году. Хотя холодная война ужа стартовала, но в 49 году было еще спокойно, и Эйнштейн мог высказаться свободно, не боясь косых взглядов. С другой же стороны, к тому времени он имел уже мировую известность и, возможно, в виду этого имел некоторую «защиту». В следующий раз эссе было опубликовано в мае 1998 года Monthly Review в честь пятидесятилетия журнала.
Эссе «Почему социализм?» не стоит рассматривать как заявление Альберта Эйнштейна в конкретном приверженстве социалистическим или коммунистическим взглядам. Эйнштейн с 1945 года занимался активной пропагандой мира и гуманизма и, несмотря о высказываниях в эссе о зле исходящем из капитализма, оно, данное эссе, в первую очередь есть декларация именно гуманистических взглядов великого физика. Об этом четко свидетельствуют критические высказывания в сторону плановой экономики в конце статьи – «плановая экономика — это еще не социализм. Плановая экономика как таковая может сопровождаться полным порабощением личности».

Почему социализм Monthly Review
Логотип журнала «Monthly Review»

Ниже приведен перевод оригинального текста Эйнштейна «Почему социализм?». Оригинал на английском языке можно найти на сайте журнала по адресу: monthlyreview.org/2009/05/01/why-socialism.

 

Почему социализм?

Стоит ли излагать свои взгляды по такому вопросу, как «социализм», человеку, не являющемуся специалистом, ни в экономической, ни в социальной областях? Я полагаю, что по ряду причин стоит.

Давайте в первую очередь рассмотрим этот вопрос с точки зрения научного знания. Может показаться, что нет существенных методологических различий между астрономией и экономикой: ученые в обеих сферах пытаются открыть законы, общеприменимые к определенным группам явлений, с тем чтобы сделать взаимосвязь этих явлений как можно более понятной. Но в действительности такие методологические различия существуют. Открытие общих законов в области экономики затруднено тем обстоятельством, что на наблюдаемые экономические явления часто влияет множество факторов, которые весьма трудно оценивать по отдельности. Кроме того, опыт, накопленный с начала так называемого цивилизованного периода человеческой истории, как известно, подвергался и подвергается серьезным влияниям и ограничениям не только экономического характера. Например, большинство великих держав в истории обязаны своим существованием завоеваниям. Народы-завоеватели утверждали себя юридически и экономически как привилегированный класс завоеванной страны. Они захватывали монопольное право владеть землей, назначали священнослужителей из своей среды. Священники, контролируя образование, превратили классовое деление общества в постоянный институт, создали систему ценностей, которой люди с тех пор, в основном неосознанно, руководствуются в своем социальном поведении. Но историческая традиция, так сказать, дело вчерашнего дня; нигде мы по-настоящему не преодолели то, что Т. Веблен (известный американский экономист и социолог, один из авторов концепции институционализма — прим. ред.) называет «грабительской фазой» развития человечества. Некоторые экономические факты, которые мы наблюдаем, относятся к этой фазе, и даже законы, которые мы можем вывести из них, не применимы ни к одной другой фазе. Поскольку действительная цель социализма состоит именно в том, чтобы преодолеть «грабительскую фазу» в развитии человечества и пойти вперед, экономическая наука в ее нынешнем состоянии может пролить лишь очень незначительный свет на социалистическое общество будущего.

Во-вторых, цель социализма — социально-этическая. Наука же не может создавать цели и еще менее способна вселять их в людей; самое большее — наука может предоставить средства для достижения некоторых целей. Но сами по себе цели постигаются личностями с высокими этическими идеалами, и если эти цели не являются мертворожденными, а жизнеспособны и сильны, их поддерживают и развивают многие люди, которые, наполовину подсознательно, определяют медленную эволюцию общества.

В силу этих причин нам следует быть осторожными и не переоценивать науку и научные методы, когда дело касается человеческих проблем. Не следует также думать, что только эксперты имеют право выражать свое мнение по вопросам организации общества.

В последнее время раздаются бесчисленные голоса, что человеческое общество переживает кризис, что его стабильность серьезно поколеблена. Эту ситуацию характеризует то, что индивидуумы испытывают безразличие или даже враждебность в отношении группы, малой или большой, к которой они принадлежат. Чтобы показать, что я имею в виду, позвольте обратиться к моему личному опыту. Недавно, обсуждая с умным и достойным человеком угрозу войны, которая, по моему мнению, явилась бы серьезной опасностью самому существованию человечества, я заметил, что только наднациональная организация может защитить от этой опасности. На что мой собеседник очень спокойно и холодно сказал мне: «А почему вы так опасаетесь исчезновения человеческой расы?»

Я уверен, что всего лишь век назад никто бы не сделал подобного замечания так легко. Это заявление человека, который тщетно пытался найти равновесие в себе самом и практически утратил надежду на успех. Это выражение болезненного одиночества и изоляции, от которых так многие страдают в наши дни. В чем же причина? Есть ли выход?

Легко поставить такие вопросы, но трудно ответить на них с какой-либо уверенностью. Я должен попытаться сделать все, что могу, хотя хорошо понимаю, что наши чувства и стремления часто противоречивы и невразумительны и что их невозможно выразить в ясных и простых формулах.

Человек — это одновременно личность и социальное существо. Как личность он пытается защитить свое собственное существование и существование своих близких, удовлетворить свои личные желания и развить присущие ему способности. Как существо социальное он стремится получить признание и любовь других людей, разделить их радости, утешить их в печали, улучшить их условия жизни. Только существование этих разных, часто противоречивых стремлений определяет особый характер человека, и от их специфической комбинации зависит степень, в которой индивидуум может достичь внутреннего равновесия и внести вклад в благополучие общества. Вполне возможно, что относительная сила этих двух стремлений в основном зафиксирована наследственностью. Но окончательно личность формируется средой, в которой человек оказывается в процессе своего развития, структурой общества, в котором он растет, традициями этого общества, тем, как оно оценивает различные типы поведения. Абстрактное понятие «общество» означает для индивидуального человеческого существа сумму его прямых и косвенных взаимоотношений с современниками и со всеми предшествовавшими поколениями. Индивидуум способен думать, чувствовать, стремиться, работать самостоятельно, но он настолько зависит от общества в своем физическом, интеллектуальном и эмоциональном существовании, что невозможно рассуждать о нем или понять его вне рамок общества. Это «общество» обеспечивает человека едой, одеждой, жилищем, орудиями труда, наделяет языком, формами и основным содержанием мыслей. Его жизнь возможна благодаря труду и достижениям многих миллионов людей в прошлом и настоящем, всех тех, кто скрывается за маленьким словом «общество».

Поэтому очевидно, что зависимость индивидуума от общества — это факт природы, который не может быть отменен, так же как у пчел и муравьев. Но если весь жизненный процесс муравьев и пчел зафиксирован до мельчайших деталей наследственными инстинктами, то социальная модель и взаимоотношения людей могут варьироваться и поддаются изменениям. Память, способность к новым комбинациям, дар устного общения сделали возможными такие отношения между людьми, которые не диктуются биологической необходимостью. Это проявляется в традициях, общественных институтах и организациях, в литературе, достижениях науки и техники, произведениях искусства. Объясняет, как человек может в некотором смысле влиять на свою жизнь своим собственным поведением и что в этом процессе сознательное мышление и желания могут играть определенную роль.

При рождении человек получает благодаря наследственности биологическую конституцию, которую мы должны считать фиксированной и неизменяемой, включая естественные стремления, характерные для человеческих существ. Кроме того, в течение своей жизни он приобретает культурный склад, который воспринимает от общества через общение и многие другие виды влияния. Именно этот культурный склад с течением времени должен меняться и в очень большой степени определяет отношения между индивидуумом и обществом. Современная антропология учит нас на материалах сравнительного исследования так называемых примитивных культур, что социальное поведение человеческих существ может сильно различаться в зависимости от превалирующих культурных образцов и типов организации, доминирующих в обществе. Именно на этом основывают свои надежды те, кто стремится улучшить судьбу человека: люди не обречены в силу своего биологического склада уничтожать друг друга или быть отданы на милость жестокой и неизбежной судьбе.

Если мы спросим себя, как следует изменить структуру общества и его культуру, с тем чтобы человеческая жизнь стала наиболее благоприятной, то должны постоянно помнить, что есть определенные условия, которые мы не способны изменить. Как отмечалось выше, биологическая природа человека не может быть изменена в практических целях. Более того, технологические и демографические процессы нескольких последних веков создали условия, которые также неизменны. В зонах оседлого и плотного обитания производство необходимых для жизни благ обязательно предполагает разделение труда и высокоцентрализованный производственный аппарат. Время, когда индивидуумы или сравнительно небольшие группы могли находиться на полном самообеспечении, которое при взгляде в прошлое кажется таким идиллическим, ушло навсегда. Будет лишь небольшим преувеличением сказать, что с точки зрения производства и потребления человечество уже сейчас составляет мировое сообщество.

Теперь я могу кратко определить суть современного кризиса. Это отношение индивидуума к обществу. Индивидуум в большей степени, чем когда-либо, осознает свою зависимость от общества. Но он не воспринимает эту зависимость как позитивное явление, как органическую связь, как защищающую его силу, а скорее как угрозу его естественным правам или даже его экономическому существованию. Более того, его положение в обществе таково, что его эгоистические стремления постоянно увеличиваются, в то время как его социальные, более слабые по своей природе, стремления все более распадаются. Все люди независимо от их позиции в обществе страдают от этого процесса. Будучи, сами того не сознавая, узниками собственного эгоизма, они чувствуют себя беззащитными, одинокими, лишенными способности наивно, просто, не задумываясь наслаждаться жизнью. Человек может найти смысл в жизни — такой короткой и полной опасностей, — только посвятив себя обществу.

Экономическая анархия капиталистического общества в том виде, в каком оно существует сегодня, — вот, по моему мнению, реальный источник зла. Мы видим огромную массу производителей, которые неустанно стремятся лишить друг друга плодов своего коллективного труда — не силой, но в соответствии с законно установленными правилами. В этом плане важно, что средства производства, то есть все производственные мощности, необходимые для производства потребительских товаров, а также все новых капиталовложений, могут законно быть и по большей части являются частной собственностью отдельных лиц.

Для простоты далее я буду называть «рабочими» всех тех, кто не относится к собственникам средств производства, хотя это не вполне соответствует привычному применению этого термина. Собственник средств производства в состоянии приобрести рабочую силу. Используя средства производства, рабочий производит новые товары, которые становятся собственностью капиталиста. Здесь важно именно соотношение между реальной стоимостью того, что рабочий производит, и того, что ему платят. До тех пор, пока трудовой контракт является «свободным», то, что получает рабочий, определяется не реальной стоимостью произведенных им товаров, но его минимальными потребностями и спросом капиталистов на рабочую силу и ее предложением. Важно понять, что даже в теории оплата рабочего не определяется стоимостью того, что он произвел.

Налицо тенденция частного капитала ко все большей концентрации. Частично из-за конкуренции между капиталистами, частично потому, что развитие технологии и растущее разделение труда стимулируют формирование более крупных производственных единиц за счет мелких. Результатом такого развития является олигархия частного капитала, колоссальная власть которого не может эффективно контролироваться даже в демократическом обществе. Это так, поскольку члены законодательных органов избираются политическими партиями, которые в основном финансируются и подвергаются влиянию со стороны частных предпринимателей, стремящихся в практических целях отдалить электорат от законодателей. В результате представители народа неэффективно защищают интересы непривилегированных групп населения. Более того, в существующих условиях частные предприниматели неизбежно, прямо или косвенно, контролируют главные источники информации (прессу, радио, образование). Поэтому обычному гражданину невероятно трудно, а в большинстве случаев просто невозможно прийти к объективным выводам и с умом использовать свои политические права.

Ситуация, господствующая в экономике, основанной на капиталистической частной собственности, характеризуется, таким образом, двумя главными принципами: во-первых, средства производства (капитал) являются частной собственностью и собственники распоряжаются ими по своему усмотрению; во-вторых, трудовой контракт является свободным. Конечно, в этом смысле чистого капиталистического общества не существует. В частности, следует отметить, что рабочие, благодаря длительной и острой политической борьбе, добились успеха, обеспечив некоторым категориям рабочих «улучшенную» форму свободного трудового контракта. Но в целом сегодняшняя экономика ненамного отличается от «чистого» капитализма.

Производство осуществляется ради прибыли, а не для пользы, но нет гарантии, что все, кто хочет и может работать, наверняка смогут найти работу; почти всегда существует армия безработных. Рабочий постоянно боится потерять работу. Поскольку безработные и низкооплачиваемые рабочие не образуют доходного рынка, производство потребительских товаров ограниченно, результатом чего являются серьезные трудности. Технический прогресс зачастую приводит к росту безработицы, а не к облегчению тягот труда. Ориентация на прибыль в соединении с конкуренцией между капиталистами — вот причина нестабильности в накоплении и использовании капитала, что ведет ко все более серьезным депрессиям. Неограниченная конкуренция приводит ко все большей растрате труда и таким образом уродует социальное сознание личностей, о чем я упоминал выше.

Это уродование личностей я считаю самым большим злом капитализма. Вся наша система образования страдает от этого зла. Чрезмерное чувство конкуренции прививается студентам, которых приучают высоко ставить успех как подготовку к будущей карьере.

Я убежден, что есть лишь один путь покончить со всем этим злом, а именно через создание социалистической экономики с соответствующей ей системой образования, ориентированной на социальные цели. В такой экономике само общество владеет средствами производства и распоряжается ими на плановой основе. Плановая экономика приспосабливает производство к нуждам общества, распределяет работу среди трудоспособных и гарантирует средства к жизни каждому мужчине, женщине и ребенку. Вместо прославления власти и успеха, как в нашем сегодняшнем обществе, образование в дополнение к развитию собственных внутренних способностей личности будет направлено на развитие в ней чувства ответственности за других людей.

Тем не менее необходимо помнить, что плановая экономика — это еще не социализм. Плановая экономика как таковая может сопровождаться полным порабощением личности. Достижение социализма требует разрешения некоторых исключительно сложных социально политических проблем, например: как с учетом далеко идущей централизации политической и экономической власти предотвратить превращение бюрократии в силу, обладающую всей полнотой власти? Как защитить права личности и вместе с тем гарантировать демократический противовес власти бюрократии? Цели и проблемы социализма непросты, и ясность в их понимании имеет величайшее значение в наш переходный век. Поскольку в нынешних условиях свободная, без помех дискуссия по этим проблемам находится практически под запретом, я полагаю, что создание этого журнала (Monthly Review — прим. ред.) сослужит обществу большую службу.

А. Эйнштейн

 

Перевод Л. Коротеевой

Почему социализм? Альберт Эйнштейн обновлено: Сентябрь 22, 2018 автором: Роман Болдырев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code